Жизнь в мире невидимом т. 1

IX. Сферы мрака

При ближайшем рассмотрении стало ясно, что эти жилища ничто иное как убогие лачуги. На них было очень тягостно смотреть, но еще тягостней было видеть, что они являются плодом земной жизни человека. Мы не стали заходить ни в одну из этих хибар, они и снаружи были достаточно отвратительными, и кроме того, от этого не было бы сейчас никакого проку. Вместо этого Эдвин рассказал нам некоторые подробности.

Некоторые из здешних обитателей живут здесь или поблизости год за годом – по земному отсчету. У них самих нет чувства времени, и все их существование это бесконечный мрак, виной которому они сами. Здесь есть и добрые души, которые проникли в эти стигийские сферы, чтобы спасти из мрака других. Одним это удалось, другим нет. Успех зависит не столько от спасителя, сколько от спасаемого. Если в сознании последнего не появляется проблесков света и желания сделать первый шаг по пути духовного прогресса, то ничто, буквально ничто не в силах ему помочь. Это побуждение должно исходить от самой падшей души. А как глубоко пали некоторые из них! Не надо думать, что те, кто по земным понятиям, духовно пал, действительно опустился в глубины. Многие из них вовсе не падшие, а. напротив, достойные души, которые ждет здесь заслуженная награда. С другой стороны, есть те, чья жизнь была отвратительна, несмотря на внешнюю безупречность. Считая свою религиозную профессию синонимом духовности, они на самом деле насмехались над Богом, и вся их ханжеская земная жизнь была лицемерной демонстрацией святости и добродетели. В этом мире они предстали такими, какие они есть. Но Бог, над которым они так долго глумились, не карает. Они карают себя сами.

Люди, жившие в лачугах, мимо которых мы шли, не обязательно были теми, кто в глазах земных людей совершил какое-то преступление. Здесь было много тех, которые, не причинив никому вреда, тем не менее, не совершили ни одного доброго поступка. Это были люди, которые жили только для себя, не думая о других. Они без конца твердят, что не сделали ничего плохого. Но они сделали плохо себе.

Так же, как все красоты высшей сферы были плодом жизни ее жителей, так же и здешние обитатели сами создали для себя эти ужасные условия. Здесь не было света, тепла, зелени, здесь не было красоты. Но есть надежда – надежда на прогресс души. Это в ее силах, и ничто не может ей в этом помешать, кроме нее самой. Чтобы подняться духовно хотя бы на один дюйм, ей могут понадобиться тысячелетия, но это будет шаг в верном направлении.

Мне в голову невольно пришла мысль об излюбленной религиозной доктрине вечного проклятья и о так называемом аде. Если то место, где мы находились сейчас, можно было назвать адом – а теологи, безусловно, так бы его и назвали – то никаких признаков жара и огня не было. Напротив, здесь царили холод и сырость. Духовность в этом мире означает тепло, ее отсутствие – холод. Фантастическая доктрина вечного огня, жгущего, но не уничтожающего, одна из самых вопиюще глупых и невежественных, которые когда-либо были придуманы такими же глупыми и невежественными церковниками. Кто ее сочинил, неизвестно, но она продолжает неукоснительно поддерживаться церковью. Даже поверхностное знакомство с духовной сферой показывает ее полную несостоятельность, потому что она противоречит законам этого мира. Это касается ее буквального значения. А как насчет богохульства, которое в ней заключается?

Когда Эдвин, Рут и я жили на земле, нас призывали верить в то, что Бог, Отец Всего Сущего, карает, действительно карает людей, обрекая их на вечные муки в адском огне. Можно ли представить себе большую пародию на Бога? Церковь – независимо от своего направления – создала чудовищное представление о Небесном Отце. Она нагородила гору лжи своими пустыми богослужениями, сбором средств на строительство церквей и часовен в его славу, разыгрыванием раскаяния за грехи и страха перед Ним – перед Ним, кто есть Сама Любовь! С другой стороны она создала перед нами образ Бога, который без малейшего сожаления обрекает несчастных людей на самое страшное из всех страданий – горение в вечном пламени.

Нас многоречиво призывали молить Бога о милости. У Бога, созданного церковью, странное настроение – его все время нужно умиротворять. И совершенно необязательно, что попросив Его о милости, мы ее получим. Его следует бояться, потому что в любую минуту Он может нам отомстить, и мы не знаем, когда Он нанесет удар. Он мстительный и неумолимый. Он требует таких банальностей, воплощенных в церковных доктринах, которые говорят не о широте, а об узости мышления. Он сделал дверь к «спасению» такой узкой, что через нее могут пройти очень и очень немногие. Он создал на земле огромную организацию, известную как «церковь», которая является единственной хранительницей духовной истины, организацию, которой практически ничего не известно о жизни в потустороннем мире, но которая осмеливается устанавливать законы для инкарнированных душ, осмеливается заявлять, что знает, что на уме у Великого Отца Всего Сущего, осмеливается дискредитировать его имя, приписывая ему черты, которыми он не обладает. Что эти узкие, ограниченные умы знают о Великом и Всемогущем Воплощении Любви – заметьте! – Любви! Теперь вспомните все ужасы, которые я перечислил, и подумайте. Подумайте над этим: царство красоты, красоты большей, чем может представить себе человек, царство, крошечную часть которого я попытался описать вам, где все есть мир, добро и любовь к ближнему. Все это создано обитателями этого царства и хранится Отцом Небесным с любовью ко всему человечеству.

А что можно сказать о низших сферах – области мрака, которую мы сейчас посещаем? Именно тот факт, что мы находимся здесь, и побуждает меня говорить об этом в таком тоне. Я полностью осознаю великую реальность вечной жизни, которая заключается в том, что путь на небеса открыт для любой души, которая родилась или еще родится на земле. Возможности ее прогресса неограниченны и являются правом каждого. Бог никого не осуждает. Человек сам выносит себе приговор, но он не приговаривает себя навечно, его духовное развитие зависит от него самого. Низшие сферы ненавистны всем душам за то, что здесь они чувствуют себя несчастными. Поэтому существует огромная организация, которая помогает каждой обитающей здесь душе найти путь к свету. И эта работа будет продолжаться из века в век, пока последняя душа не покинет эти ужасные места, и, в конце концов, все будет так, как задумано Отцом Всего Сущего.

Однако я далеко отступил от темы, давайте вернемся к нашему путешествию. Вы помните мое упоминание божественных ароматов, источаемых цветами и наполняющих воздух. Здесь, в этой области тьмы все было совершенно иначе. В наши ноздри ударило отвратительнейшее зловоние, напоминающее запах гнилого мяса на земле. Оно вызывало тошноту, и я боялся, что Рут, да и я сам, этого не выдержим, но Эдвин посоветовал нам вспомнить, как мы преодолели чувство холода – закрыть для него свои мысли и перестать его воспринимать. Мы поспешили последовать этому совету, и у нас все получилось. Так что не только «святость» имеет свой запах!

Путешествуя по нашей сфере, мы наслаждаемся ее красотами и удовольствиями и приятными беседами с ее обитателями. Здесь все выглядит мрачным и заброшенным. Тусклый свет наводит уныние на всю эту печальную местность. Проходя, мы изредка ловили взглядом лица несчастных обитателей. Некоторые были очевидными негодяями, земная жизнь которых была полна греха. Другие были скрягами, алчными скотами. Здесь можно было встретить людей всех слоев земного общества, как наших дней, так и прошлых столетий. И здесь было связующее звено с людьми, чьи имена можно было найти в истории наций в библиотеке, которую мы посетили в своей сфере. Эдвин и его друг сказали, что мы ужаснулись бы, узнав, сколько известных в истории людей прозябали в этой проклятой местности, людей, совершавших подлые и безнравственные поступки от имени святой церкви или ради достижения своих жалких материальных целей. Ко многим из этих негодяев невозможно было подступиться, чтобы помочь им, и это будет продолжаться столетиями, пока по собственной воле и собственными усилиями они не сделают первый шаг к свету духовного возрождения.

По дороге мы видели целые группы кажущихся безумными людей с недобрыми намерениями – если бы только они могли осуществить их. Их уродливые тела выглядели отвратительно и отталкивающе – непосредственное отражение их злых мыслей. Многие из них казались пожилыми, но, как мне сказали, несмотря на то, что они провели здесь, может быть, много столетий, не время сделало их лица такими, а их порочные мысли.

В высших сферах красота мыслей омолаживает черты, стирает следы земных забот, волнений и печалей и являет глазу то состояние, которое в земной жизни мы называем «расцветом сил».

Многочисленные звуки, которые доносились до нашего слуха, полностью соответствовали ужасному окружению – от хриплого смеха до пронзительного крика терзаемой муками души, муками, на которые она сама себя обрекла. Пару раз к нам обращались храбрые души, которые находились здесь с заданием помочь этим несчастным. Они были рады видеть нас и поговорить с нами. Несмотря на мрак, мы видели их, а они видели нас, но для всех остальных мы оставались невидимыми – нам была обеспечена защита в сферах мрака. В нашем случае о нас как о новичках позаботился Эдвин, а те, кто находился здесь с миссией спасения, имели свои собственные средства защиты.

Если бы хоть один священник или теолог хотя бы мельком увидел то, что увидели Эдвин, Рут и я, он никогда больше в своей жизни не сказал бы, что Бог, наш Любящий Отец, обрекает душу на такие ужасы. И тот же священник, увидев эти места, никого никогда не осудил бы на такую кару. Есть ли кто-то более сострадательный и милосердный, чем наш Любящий Отец? Нет! Только сам человек обрекает себя на такое существование в духовном мире.

Чем больше мы узнавали о сферах мрака, тем больше я осознавал фантастичность учения церкви, к которой я принадлежал, о том, что местом, называемым вечным адом, правит Сатана, единственная цель которого зажать каждую прибывающую сюда душу в своих когтистых объятиях, из которых ей уже не вырваться. Возможно, что какая-то душа здесь намного хуже других, и в этом смысле ее можно назвать Сатаной. Эдвин сказал нам, что никаких доказательств существования такого персонажа нет. Высшие сущности, изведавшие каждый уголок низших уровней, не обнаружили присутствия этого существа. Те, кто обладает огромным знанием, также подтвердили, что существование Сатаны не имеет под собой основания, хотя, без сомнения, есть души, которые представляют собой огромное зло. Мысль о существовании Сатаны, чья функция – противостояние Богу – глупая, примитивная и варварская. Дьявола как отдельной личности нет, но порочную душу можно назвать дьяволом, и в этом случае, таковых множество. Можно только посмеяться над абсурдностью церковных учений. Мы сохраняем чувство юмора и забавляемся, слушая какого-нибудь духовно слепого пастора, заявляющего, что он знает все о духовном мире, в действительности же проявляющего в этом вопросе полное невежество. Но у нас широкие плечи, и мы можем вынести на них весь этот вздор, не испытывая к этим бедолагам ничего кроме жалости.

Я не собираюсь вдаваться в подробности, касающиеся низших сфер. Во всяком случае, не сейчас. Мы не признаем церковных методов запугивания людей. Мы предпочитаем жить в нашем прекрасном мире и пытаемся рассказать о чудесах, которые ожидают каждую душу, когда ее земная жизнь окончится, и только от нее самой зависит, станет эта удивительная страна ее судьбой раньше или позже.

Мы немного посовещались между собой и решили возвратиться в свою сферу. Вернувшись в зону тумана, мы быстро прошли через нее и снова оказались в нашей прекрасной стране, где нас окружал теплый благоуханный воздух. Наш новый друг попрощался с нами, и мы поблагодарили его за помощь.

Я подумал, что было бы самое время заглянуть ко мне домой, и предложил Рут и Эдвину присоединиться, потому что не хотел оставаться один без своей приятной компании. Рут еще не видела моего дома, но часто повторяла, что ей было бы интересно на него посмотреть. Еще я подумал, что после нашего визита в низшие сферы – пусть даже очень краткого – несколько фруктов из сада будут очень кстати.

У меня дома все было в полном порядке, таком, как я его оставил, словно кто-то постоянно о нем заботился. На мой вопрос, кто те невидимые помощники, которые во время моего отсутствия отвечали за порядок в моем доме, Эдвин спросил, а что, собственно могло нарушить этот порядок. Здесь нет пыли, потому что нет разложения, распада и ничего подобного. Здесь нет грязи, потому что в духовном мире нет для нее причин. Домашних обязанностей, таких привычных и скучных в земной жизни, здесь не существует. Необходимость снабжать физическое тело пищей отпадает после того, как мы это тело оставляем. Все домашние украшения, такие как портьеры, обивка мебели, больше не требуют обновления, потому что они не портятся. Они сохраняются до тех пор, пока мы не решим заменить их другими. И что же остается тогда, что требовало бы постоянного внимания? У нас есть дома, но, уходя, мы оставляем окна и двери открытыми – наши дома не имеют замков. Мы можем вернуться, когда пожелаем, и найдем все таким, каким мы его оставили. Может быть, мы увидим какое-то изменение в лучшую сторону. Например, мы можем обнаружить, что в наше отсутствие нас навестил друг и оставил подарок, красивые цветы или еще какой-либо знак внимания. Или же нас будет приветствовать сам наш дом, вызывая в нас чувство присутствия в родных стенах.

Рут ходила по комнатам сама – здесь нет пустых формальностей, и я предложил ей чувствовать себя, как дома, и делать все, что она пожелает. Античный стиль архитектуры привлекал ее художественную натуру, и она наслаждалась старинной деревянной панельной обшивкой и резьбой по дереву прошлых веков. Наконец она добралась до библиотеки и заинтересовалась книгами, написанными мной. Одна из книг особенно привлекла ее внимание. Когда я вошел, она внимательно ее рассматривала. Как она объяснила, само название книги многое для нее открыло, и я почувствовал ее глубокую симпатию и понимание. Она знала о моем большом желании и предложила мне любую помощь, которую она только может мне оказать в будущем при осуществлении моего замысла.

Как только она закончила осмотр, мы собрались в гостиной, и Рут задала Эдвину вопрос, который я и сам уже некоторое время намеревался ему задать: Есть ли здесь море? Если есть озера и реки, то, может быть, есть и океан? Ответ Эдвина нас обрадовал: Конечно, есть, и очень красивый! Рут настояла на том, чтобы нас отвели туда немедленно, и под руководством Эдвина мы отправились в путь.

Мы прошли по красивой открытой местности, поросшей травой, которая стелилась под ногами зеленым бархатным ковром. Здесь не было деревьев, но были группы кустарников и, конечно, множество цветов повсюду. Наконец мы дошли до небольшой возвышенности и почувствовали, что море должно находиться где-то за ней. Вскоре мы оказались на краю луга, и перед нами открылась великолепная панорама океана.

Вид был просто изумительным. Я не ожидал увидеть море таким. Его цвет был совершеннейшим отражением небесной синевы, и кроме того в каждой волне переливались еще тысячи радужных оттенков. Поверхность его была спокойной, но это не значит, что вода была безжизненной. Здесь не существует понятия стоячая вода. С того места, где мы стояли, я видел вдалеке острова довольно значительных размеров, которые выглядели очень заманчиво, и мы должны были обязательно их посетить. Внизу тянулась полоса пляжа. Я видел людей, сидевших у кромки воды, но пляж не казался переполненным. По этому величественному океану плавали очень красивые суда – одни совсем близко, другие чуть дальше. Я думаю, называть их простыми судами не совсем справедливо, корабли – это будет более уместно. Мне стало интересно, кому они принадлежат, и Эдвин сказал, что мы тоже можем стать владельцами одного их них, если пожелаем. Многие живут на своих кораблях, не имея никакого другого жилья, и могут жить на них постоянно, потому что здесь вечное лето.

Спустившись по серпантину вниз, мы оказались на песчаном пляже. Эдвин сказал, что этот океан не такой глубокий, как земные. Штормы и ветра здесь невозможны, поэтому его вода всегда спокойна, и подобно любой другой воде в этой сфере, температура ее всегда приятно-теплая, не вызывающая у купающихся ощущения холода или, тем более, озноба. В ней невозможно утонуть, и она не может причинить никакого вреда, напротив, она поддерживает жизнь. Купаться в этой воде – значит ощутить на себе совершеннейшую манифестацию духа. Песок у нас под ногами не обладал никакими неприятными свойствами по сравнению с песком на земных побережьях. По нему было легко идти. Он выглядел, как известный нам песок, но у него была твердая консистенция, хотя на ощупь он казался мягким.

Это необычное качество делало ходьбу по нему более похожей на ходьбу по ухоженному газону. Мы зачерпнули несколько пригоршней песка и пропустили его сквозь пальцы. К нашему удивлению, он оказался совсем не твердым, и был на ощупь больше похож на мягкий порошок. Однако, если присмотреться поближе, он был несомненно твердым. Это был один из самых удивительных феноменов, с которыми мы столкнулись до сих пор. Эдвин сказал, что это потому, что в данном конкретном случае мы более детально изучили то, что увидели, и добавил, что если бы мы начали тщательно рассматривать все, что видим – землю, по которой мы ходим, материал, из которого построены дома, или тысячи других вещей, которые составляют духовный мир, то нашему удивлению не было бы конца, и нам открылось бы представление, хотя и очень ограниченное, о Великом Разуме, Величайшем Разуме Вселенной, на котором держится этот и любой другой мир. И действительно, великие земные ученые, попадая сюда, обнаруживают, что оказались в совершенно новом мире, где им приходится заново начинать свои исследования. И они начинают все с нуля, имея за плечами весь свой богатый земной опыт. И какую же радость доставляет им то, что они могут вместе со своими коллегами-учеными исследовать тайны духовного мира, собирать данные, сравнивать новые знания со старыми, увековечивая результаты своих исследований и открытий для блага других. В их распоряжении - неограниченные ресурсы духовного мира, и их сердца полнятся радостью.

После нашего небольшого эксперимента с песком мы решили опустить руки в океан. Рут ожидала, что вода окажется соленой, но к нашему удивлению это оказалось не так. Насколько я смог заметить, вкуса у нее вообще не было! Это был океан скорее по площади, которую он занимал, и по особенностям окружающей местности, а во всем остальном он напоминал озера и ручьи. Общее впечатление от него было совершенно не такое, как от земного океана, кроме всего прочего из-за того, что солнечный свет здесь падает не с одной стороны, из-за чего вид меняется с изменением направления света. Свет великого центрального источника в духовном мире постоянен и неизменен, благодаря чему здесь царит вечный день, однако не следует делать из этого вывод, что это постоянство означает монотонность и неизменность ландшафта. Изменения происходят постоянно, например, цвета меняются так, как и не снились человеку до перехода в этот мир. Душа может увидеть здесь множество красот, недоступных глазу инкарнированного, если только он не наделен способностью спиритического зрения.

Нам очень хотелось посетить один из островов, которые мы видели вдали, и Рут подумала, кто было бы чудесно отправиться туда на одном из судов, которые находились поблизости от берега. Но возникла – точнее, это казалось, что она может возникнуть – проблема с судном. Если они были «в частной собственности», то нужно было сначала познакомиться с хозяином. Но Эдвин видел, как Рут хотелось совершить морскую прогулку, и он объяснил нам ситуацию - к ее безграничной радости.

Один из этих кораблей, кажется, принадлежал другу Эдвина, но даже если и нет, мы скоро увидим, что можем воспользоваться любым из них, представившись – если хотим соблюсти все формальности, хотя в этом нет необходимости – тому, кого найдем на борту. Разве до этого нам не оказывали дружеского приема везде, где бы мы ни оказывались? И почему в случае с этими кораблями должно быть какое-то отступление от основного закона гостеприимства, действующего в духовном мире? Эдвин обратил наше внимание на красивую яхту, которая стояла «на якоре» у берега. Оттуда, где мы находились, казалось, что ей уделяется большое внимание, и наше впечатление подтвердилось. Она была элегантна и создавала впечатление мощи и быстроты. Выглядела она, как обычные земные яхты, по крайней мере, внешне.

Эдвин мысленно обратился к владельцу яхты и немедленно получил приглашение для нас всех. Мы не стали терять времени и оказались на палубе этого статного судна, где нас радостно приветствовал хозяин. Он сразу повел нас, чтобы представить своей жене. Она была очаровательна, и было видно, что эти двое прекрасная пара. Хозяин понял, что нам с Рут очень хочется осмотреть яхту, и, зная от Эдвина, что мы в духовном мире недавно, был очень рад показать ее нам.

При первом же осмотре мы обнаружили отсутствие многих приборов и приспособлений, необходимых на земных судах, например, такой обязательной вещи как якорь. Так как здесь нет ветров, приливов и отливов и течений, то якорь становится излишним, но мы узнали, что некоторые владельцы оставляют его как украшение. Им кажется, что без него судно будет неполным. Палуба была просторной, на ней стояло множество удобных кресел, а под ней располагались салоны и комнаты для отдыха. Я заметил, что Рут была разочарована, не обнаружив никаких признаков двигателя, приводящего в движение судно, и, естественно, сделала из этого вывод, что яхта не может передвигаться самостоятельно. Я разделил ее разочарование, но Эдвин лишь весело подмигнул нам, намекая, что в духовном мире все не такое, каким кажется. Хозяин прочитал наши мысли и сразу повел нас в рулевую рубку. Каково же было наше удивление, когда мы увидели, что медленно и плавно отплываем от берега! Наши друзья весело посмеялись над нашим замешательством, а мы побежали к борту, чтобы посмотреть, как мы плывем. Ошибки не было – мы действительно плыли, и набирали скорость. Тогда мы вернулись в рубку и попросили объяснить нам это очевидное чудо.

533 просмотра