Спасенный светом - что Вас ждет после смерти

Глава 12 Восстановление

В 1978 году мне стало значительно лучше. Я мог ходить почти нормально и начал подумывать о том, чтобы начать жизнь заново.

Удар молнии лишил меня всего. Я потерял дом, автомобили и бизнес, оплачивая врачебные и больничные счета. Короче говоря, я истратил десятки тысяч долларов, чтобы остаться в живых.

По обычным меркам я все еще был в скверной форме. Но по моим стандартам, выработанным после несчастного случая, я был истинным олимпийцем. Я все еще мало весил, и у меня случались обмороки. Врачи говорили, что причина в сердце. По их мнению, молния повредила его на тридцать процентов. В результате сердечной недостаточности кровь плохо поступала в мозг, что вызывало потерю сознания.

К счастью, рядом всегда оказывались люди — Сэнди или мои друзья, Дейвил Томпсон, Джен Дадли, Джим и Кэти Варн. Когда я падал в обморок, они тут же бросались на помощь.

Врачей тревожило, что состояние моего сердца со временем ухудшится и превратится в настоящую проблему. Но для меня оно уже стало проблемой.

Конечно, у меня оставался выбор. Я мог сидеть и ждать в надежде на полное выздоровление, а мог вернуться к работе. Я выбрал второе. Из-за постоянных видений, связанных с Центрами, я увлекся электроникой и начал заниматься ею сразу в трех направлениях.

Первое было связано с продажей волноподави-теля — приспособления, препятствующего электрическим волнам выводить из строя бытовые приборы. Как вы можете себе представить, я был идеальным продавцом этого товара, будучи живым примером того, что может сделать электричество с человеческим организмом.

Я также вернулся к работе на правительство, создавал и устанавливал в правительственных учреждениях аппаратуру, препятствующую работе подслушивающих устройств. Эту аппаратуру называли «маскировочной системой».

Третья область касалась производства оборудования, которое было показано мне в одном из видений: электронное приспособление, предназначенное для того, чтобы не давать морским уточкам — мелким рачкам — прицепляться к корпусу судна. Это позволяло избежать лишнего расхода топлива, вызванного большим весом.

Изобретение, которое я разработал вместе с двумя друзьями, было абсолютно безвредно для окружающей среды. До того лучшим способом отгонять морских уточек от корпуса была очень токсичная краска. Таким образом, наше изобретение принесло двойную пользу — уменьшило расход топлива и засорение воды токсичными отходами.

Кроме того, я работал над прибором для глухих, модифицировал аудиотрансдуктор таким образом, чтобы он превращал речь в вибрацию. Этот прибор можно прикреплять к любой поверхности, включая человеческое тело, и когда через него проходит музыка или речь, он вибрирует, превращая то, к чему он прикреплен, в громкоговоритель. Прибор, прикрепленный позади уха глухого человека, позволял ему «слышать» посредством вибрации. Хелен Келлер* использовала аналогичный метод. Она накладывала руки на горло собеседника, чтобы чувствовать, что он говорит.

Помню одну глухую женщину, которая выглядела испуганной, когда я присоединил прибор к ее уху. Ее мать уверяла, что все будет в порядке, но она боялась самой способности слышать. Я включил трансдуктор и заговорил с ней. Она посмотрела на меня и заплакала.

— Я могу слышать! Я ведь еще никогда ничего не слышала!

Глухие люди, которые внезапно смогли слышать, напомнили мне неожиданные проявления моих паранормальных способностей. Долгие годы эти люди жили в молчащем мире. Отсутствие слуха им компенсировали другие чувства, поэтому они могли не сознавать, что им чего-то недостает. И вдруг, как после удара молнией, они оказались в другом мире, о существовании которого не имели никакого представления! Они были одновременно изумлены и напуганы. Это похоже на открытие явления, о существовании которого никогда не подозревали.

Трансдукторы были также продемонстрированы мне в одном из все еще регулярно происходящих видений. Я называл их «хоккейными шайбами», потому что они представляли собой круглые черные предметы. Я не знал, что это такое, но понимал, что они передают музыку через тело человека, лежащего на кровати.

* Келлер Хелен Эдамс (1880—1968) — глухая и слепая американка, лектор.

С помощью видений я начал понимать многие вещи, касающиеся человеческого тела. Одна из них заключалась в том, что мы, подобно этим трансдук-торам, передаем окружающему миру свою духовную, умственную и физическую сущность. Научившись контактировать с собственным электрическим и биологическим «я», мы можем стать существами высшего порядка и обогащать духовную сторону жизни.

Мои видения о Центрах были сконцентрированы вокруг понимания природы тела — как оно производит энергию и как в этой энергии можно обнаружить духовный аспект. Если мы научимся контролировать энергию тела и преобразовывать ее в позитивную силу, то обретем в себе частицу Бога.

Целью Центров было изменить направление человеческой энергии, но тогда я этого не знал. Мне просто сообщали, что делать. Я приступил к упомянутым разработкам, потому что так велели мне духи. Я также основал компанию под названием «Научные технологии», производящую электронные компоненты.

В этот бизнес я пригласил нескольких партнеров, объяснил им, что начинаю предприятие так, как мне это было указано в моих видениях. Они поверили, потому что знали меня много лет. Им было известно, что до удара молнией я мало разбирался в электронике, но меня обучили всему необходимому мои духовные наставники.

Мне было велено направить бизнес на благо окружающей среды, поэтому я продолжал производить и устанавливать оборудование на кораблях. Некоторое время мы не слишком преуспевали, но в конце концов, правительство запретило использование токсичной краски. Она была настолько опасна, что после купания в Норфолкской гавани людей госпитализировали для детоксикации. Когда краску запретили использовать, наша торговля тотчас же активизировалась.

В 1983 году я, следуя полученным во время видений указаниям, оставил морскую электронику и вернулся к производству приборов для обезвреживания подслушивающих устройств. Этим бизнесом я занимаюсь до сих пор.

Конечно, видения продолжались. Они были о доброте и показывали, как подбирать правильные компоненты для создания Центров.

Я решил облегчить существование людям, обреченным на смерть, особенно находящимся дома. Это мне было указано в видениях. Я должен был посещать больных и рассказывать им мою историю. В преддверии смерти они интересовались путешествиями в духовный мир и теми, кто уже побывал там, где им вскоре предстояло оказаться.

Большинство людей избегают умирающих, так как испытывают безотчетный страх перед смертью.

Но думаю, что если бы они проводили у смертного одра больше времени, их страх перед физической смертью уменьшился бы. Я не хочу сказать, что со смертью приятно иметь дело, но вместе с болью и страхом прекращения физического существования происходит пробуждение духовной жизни.

Выполняя эту работу, я облегчал жизнь тем родным и близким, которые дежурили у постели умирающего. Ведь эти люди сами ежедневно понемногу умирают. В итоге они ощущают себя загнанными в клетку и нередко конфликтуют с умирающими.

Как-то раз я помогал матери, которая заботилась о сыне, умирающем от рака. Первое, что я сделал, подойдя к постели больного, это пощупал его пульс не только для проверки сердечной деятельности, но и чтобы увидеть «домашний фильм».

У этого парня «фильм» был скверный. Я видел, как мать стоит у его кровати с сердитым выражением лица. Он вынужден был слушать ее раздраженный монолог, и я ощутил волны гнева.

  • Привет, — обратился я к пареньку. — Что тебя так расстроило?
  • Вы не поверите, — ответил он и рассказал мне, что мать считает себя виноватой в его болезни. Несколько раз в день она стояла у его кровати и говорила об этом. А в последние два дня стало еще хуже, потому что мать начала винить в случившемся сына, говорила, что болезнь — результат его поведения. — Я умираю от рака, — сказал он. — Это не ее вина и не моя.

Когда мать вернулась, у нас состоялась долгая беседа о вине и о смерти. Я рассказал свою историю, которая, казалось, принесла им облегчение.

— Не позволяйте смерти поссорить вас, — посоветовал я матери. — Вы никогда не простите себе этого.

В другой раз я пришел в фермерский дом в одном из городов Южной Каролины. У двери меня с искренней радостью приветствовала женщина. Она ухаживала за матерью, с которой, по ее словам, «приходилось не легко».

Дочь представила меня матери и сразу вышла. Как обычно, я взял запястье женщины и нащупал ее пульс. Тут же началось «домашнее кино». Я видел, как спорили мать и дочь минут за десять до моего прихода. Слов я не слышал, но чувствовал, что умирающая была настоящей стервой.

— Не знаю, из-за чего вы обе не ладите, — сказал я, — но сейчас для этого неподходящее время. Вам следует быть доброй женщиной, а не сварливой старой ведьмой.

Я снова взял ее за руку и понял, что причиной злости больной был ее муж. Он бросил жену и вынудил продать дом и переехать к дочери. Совместное житье было неприятно обеим.

— Не сердитесь на дочь из-за того, что сделал ваш муж, — посоветовал я. — Это не ее вина.

Женщина подумала, что ее дочь рассказала мне о причине конфликта. Я не стал ее разубеждать и начал беседовать с ней о любви. Когда дочь вернулась домой, я рассказал обеим, каким образом узнал об их ссорах и что означает быть мертвым.

Нигде использование моих паранормальных возможностей не приносило большего удовлетворения, чем у постели умирающих. У этих людей оставалось мало времени, и они предпочитали, чтобы с ними говорили откровенно.

Как-то раз я пришел в дом, где родители ухаживали за дочерью, умирающей от рака груди. Дочь была замужем и имела двух детей, что я понял по фотографиям на стенах.

Я вошел в комнату, где находилась дочь, и взял ее за руку. Мне тут же представилась сцена в кабинете врача, показывающего ей рентгеновский снимок. Он говорил с ней откровенно. Она поднесла руку ко рту и вышла с явным намерением не возвращаться.

В следующей сцене я увидел, как ее муж сердито реагирует на сообщение жены о болезни. Она выглядела совсем больной, и я понял, что после визита к врачу прошло значительное время. Я ощущал напряженную атмосферу. Муж обнаружил только гнев, хотя его жена нуждалась в нежности.

Поняв, что произошло, я сразу перешел к делу.

  • Могу я задать вам вопрос, Джейн? Почему вы снова не пришли к врачу?
  • Я просто не могла в это поверить, — ответила она.

Всхлипывая, женщина рассказала, что не могла даже допустить мысль об операции. Когда рак стал заметно прогрессировать, муж отвел ее к врачу и узнал, что ей уже известно о болезни. Но теперь было слишком поздно. Муж так рассердился, что не пожелал больше иметь с женой ничего общего.

  • Он вне себя из-за того, что я не лечилась, — сказала женщина, — обвиняет меня во всем и хочет уйти и забрать детей.
  • Теперь поздно об этом беспокоиться, — заметил я.

Когда родители вернулись, я рассказал им, почему так злится их зять. Они ничего не знали о более раннем диагнозе. Им было известно лишь то, что муж дочери сердит на нее и не желает ее видеть. Теперь они поняли, в чем дело.

К несчастью, у этой истории нет счастливого конца. Я отправился к мужу женщины и попытался помочь ему справиться со своим гневом. Но у меня ничего не вышло. Он возмущался своей женой вплоть до ее смерти и даже, насколько мне известно, не явился на похороны. Но, по крайней мере, я сделал все, что мог.

Как я уже говорил, эту работу я выполнял, следуя указаниям, полученным в видениях. Мне велели проводить время с умирающими, чтобы я понял, как люди относятся к смерти. Но я также понял и то, что снятие напряжения помогает не только в жизни, но и в смерти.

Я часто удивляюсь тому, как обернулись события после случившегося со мной несчастья. Через тринадцать лет я начал чувствовать, что выбрался из могилы. Внешне я выглядел нормально, но мое физическое состояние было не блестящим. Я не мог ходить долго и быстро, не останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Я избегал лестниц, так как подняться на пару маршей для меня означало то же, что для большинства других пробежать милю. Наверх я добирался весь покрытый потом и долго стоял, чтобы отдышаться.

Зато мое душевное состояние значительно улучшилось. После несчастного случая я целыми днями сидел и болтал если не о моем присмертном опыте, то о порученной мне Существами Света миссии сооружения Центров. Я не мог выбросить эти мысли из головы, поэтому они постоянно вертелись у меня на языке. Теперь я стал говорить об опыте гораздо меньше.

Но мои видения оставались при мне. Меня побуждали как можно быстрее построить Центры. Но многое в этой задаче оставалось для меня загадкой. Трансдукторы представились мне в виде двух хоккейных шайб, соединенных друг с другом. Другие компоненты кровати также появлялись в видениях, и я постепенно понимал, что они из себя представляют, и находил их. Проблема заключалась в том, чтобы убедиться в наличии у меня всех компонентов и что они собраны правильно. Мне установили срок завершения кровати и Центров к началу 1992 года, и я чувствовал, что успею, благодаря получаемым в видениях инструкциям.

Тем не менее несчастный случай и весь сопутствующий «багаж» тяжело отразились на моей личной жизни. Сэнди и я разошлись, она больше не смогла выносить постоянных разговоров об опыте и Центрах. Я не мог порицать ее. Присмертные опыты — суровое испытание для супружеских пар. Мои видения и паранормальные способности плюс ущерб, нанесенный моему здоровью, разрушили наш брак.

Несмотря на это, моя жизнь была сравнительно сносной. Я чувствовал, что выкарабкался. Но прежде чем мне удалось выздороветь окончательно, я свалился вновь.

295 просмотров